Авторская база знаний для успешного съема


Колин Баттс. Ибица №2


ПЕРЕД ОТЪЕЗДОМ
    
Глава 1
    
     Решения, решения. Полоску «Чарли» . — Здесь и далее примечания переводчика)? Таблетку? Или курнуть?
     — Грег, — заорала Бэк из ванной, — выпивку уже принесли?
     Ах, да, чуть не забыл. Всегда есть возможность еще и хорошенько набраться.
     Это был трудный выбор. Особенно когда во лбу уже пара экстази, несколько дорог кокаина и две бутылки шампанского в придачу.
     Из сложившегося положения был только один разумный выход.
     Грег запил таблетку теплым «Хайникеном» из минибара — холодильник не работал. Следом занюхал дорожку кокаина, раскатанную на информационном листке «Холидей Инн Слау».
     — Выпивки море, Бэк, — ты, главное, сама поспеши.
     Симпатичная девушка с длинными прямыми волосами в коротеньком блестящем платье выскочила из ванной.
     — Ну что, скажешь, это была не лучшая вечеринка в твоей жизни?
     — Да, было неплохо. — Грег втер остатки кокаина в десну, — теперь ясно, почему у «Богатых и знаменитых» репутация таких хороших промоутеров.
     Бэк обняла его за шею и наградила долгим поцелуем.
     — Спасибо, что пригласил меня, Грег. Это была сумасшедшая ночь.
     — Она еще не закончилась. — Он легонько сжал ее задницу.
     — Я надеюсь. — Она опять поцеловала его. — Только возьму сумку из машины.
     — А это не может подождать? — Он игриво схватил ее за руку и потянул к себе.
     — Не думаю.
     — Почему?
     — Помнишь ту ночь на Ибице прошлым летом, когда ты повел нас отрываться в большой клуб?
     — «Привилегия», по дороге в ИбицаТаун? Конечно, помню.
     — А помнишь, когда мы оба уже обхуярились, ты сказал мне, что сделал бы со мной, не будь я с Род... — она поправилась, — прости, с Хуйлом.
     — Не совсем, но если речь шла о животных, клянусь, я ляпнул это просто для красного словца, к тому же теперь я другой человек.
     — Да нет, ты скорее говорил о наручниках и веревках.
     На лице Грега медленно расплывалась ухмылка
     — Я... кажется, начинаю припоминать. Но при чем тут твоя сумка?
     Бэк бросила на него страстный взгляд.
     — Что, ты хочешь сказать... у тебя... в сумке... в твоей машине?
     Бэк поболтала перед ним ключами от машины, чмокнула его в лоб и направилась к двери.
     — Я знал, что у нас впереди классная ночь, — крикнул Грег ей вслед.
     Когда дверь захлопнулась, он подумал, что последнее замечание вообщето не соответствует действительности. На самом деле Бэк пришлось выбрать за неимением лучшего. Легендарные вечеринки, которые устраивали «Богатые и знаменитые», всегда привлекали уйму шикарных девчонок. Грег познакомился с одним из организаторов прошлым летом, когда работал гидом в туркомпании «Молодые и холостые», или «М&Х». «Богатые и знаменитые» всегда устраивали вечеринки в воскресенье, а точное место проведения держалось в секрете, пока до события не оставалось две недели. Оно могло оказаться в любом уголке страны, но это всегда было поместье или элегантный отель. Когда Грег узнал, что мартовская вечеринка устраивается в усадьбе близ Икхема, он расстроился — это было слишком далеко от его родного Уиднеса. Пять лет подряд он проводил летние месяцы на Ибице, за это время друзья детства поразъехались, а те, кто остался, считали, что мир заканчивается в Манчестере или Ливерпуле. Он знал наверняка, что никто из его местных приятелей не решится на путешествие через всю страну.
     Круг общения, сложившийся у него в последнее время, ограничивался почти целиком гидами из «М&Х», поэтому он попробовал дозвониться тем, кто жил дальше на юг. Но близилось начало нового сезона, и всем нужно было сделать покупки, навестить семьи или ублажить партнеров.
     Грег был полон решимости не упустить возможности своими глазами увидеть, чем так хороши вечеринки «Богатых и знаменитых», особенно учитывая то, что промоутер проставил ему два бесплатных билета и номер в близлежащем «Холидей Инн».
     Он сразу решил ехать с девушкой — с несколькими клиентками «М&Х», которых он трахал на Ибице, он до сих пор поддерживал связь. Хотя там, где дело касалось женщин, Грег редко наносил повторные визиты. Но были, разумеется, и исключения: если у него выдавался неурожайный период, если девушка попадалась особенно развратная или если он приезжал в другую часть страны и ему требовалось гдето остановиться.
     (В последнем случае Грег обычно ночью отправлялся поразвлечься, а для страховки звонил потенциальной жертве, живущей в этом же городе. Он говорил ей, что не сможет прийти рано, потому что собирается сначала на свадьбу/деловую встречу/навестить родственников. Если на вечеринке снять никого не удавалось, он заваливался к ней, обычно довольно поздно и уже на рогах, сводил к минимуму разговоры, тащил одураченную девицу в кровать, трахал ее и сразу засыпал.)
     Но подыскивать подобный запасной вариант для вечеринки — особенно такой многообещающей, как у «Богатых и знаменитых», — было Грегу не с руки. С такой же вероятностью голодный волк согласился бы жевать лист одуванчика.
     Но идти одному тоже был не вариант. Безусловно, знакомые там встретятся, но на Ибице он повидал достаточно клиентов, лихорадочно пытавшихся найти хоть какуюнибудь пару на вечеринке, только чтоб не остаться с носом, и хотел отмести даже мысль о том, что можно вляпаться в такое дерьмо.
     Решение осенило его, когда Грег в очередной раз дрочил. Он подыскивал подходящий образ, чтобы успешно кончить, и тут перед его мысленным взором встала Бэк.
     Бэк Картрайт, восемнадцати лет, отдыхала с «М&Х» в конце прошлого лета. Хотя ее родители были птицами очень высокого полета, она ничем этого не показывала. С другой стороны, ее парень, Роджер, оказался просто надменной задницей. Он не только был снобом, но еще и прилагал все усилия, чтобы продемонстрировать это окружающим. Отпуск с «М&Х» оказался для него сущим проклятием. Все время Хуйло, как окрестил его Грег, или ныл, или пытался найти бар, в котором транслировали бы очередной матч по крикету.
     Несмотря на то что Хуйло явно порядком ее достал, Бэк проявила принципиальность и тогда так и не уступила домогательствам Грега.
     Через неделю после возвращения в Англию с Хуйлом было кончено. Грег довольно часто созванивался с ней на протяжении всей зимы, хотя встретиться все не удавалось. Вечеринка «Богатых и знаменитых» предоставляла для этого прекрасную возможность, потому что Бэк жила в Виндзоре, в паре миль от места проведения вечеринки. Грег подумал, что если она начнет надоедать, всегда можно будет отправить ее домой. Если она будет слишком его раздражать, он даже был готов потратиться на такси.
     Сомнения Грега развеялись как дым — она была тусовщицей на все сто. Она следовала за ним голова в голову, таблетка в таблетку, дорога в дорогу. И без угнетающего влияния Хуйла она не только выглядела в десять раз сексуальнее, но и вела себя так. Поэтому Грегу даже в голову не пришло искать когото еще для развлечений после вечеринки.
     Ночь подходила к концу, но они оба так завелись, что не сговариваясь решили продолжить.
     Грег на всякий случай прихватил с собой виагру. Возвращаясь с Бэк в отель, он решил принять ее. Когда Бэк увидела голубую таблетку, то остановила его. Он думал, она собирается прочесть ему мораль, но вместо этого услышал просьбу дать ей половину, сопровождаемую хихиканьем и различными предположениями.
     В общем, ночь удалась.
     И глядя в окно, как Бэк возвращается с сумкой в отель, Грег почувствовал, что самое хорошее еще впереди.
    
Глава 2
    
     Адам ХоторнБлайт положил на стол очки в металлической оправе и устало потер виски. Он восемнадцать лет стоял во главе «Молодых и холостых» и за все это время всего неколько раз работал в офисе в воскресенье. И ни разу не случалось, чтобы рано утром в понедельник он все еще был там.
     Он встал, потянул спину и отправился в зал заседаний, к кофеварке.
     — Нас благодарить не стоит, ХБ, — сказал Себастиан Хантер.
     Год назад Джейн снесла бы Себастиану башку, вздумай он ответить за них обоих, особенно на работе. Теперь все изменилось. Их отношения больше не были тайной, и все в «М&Х» знали о них. А кто не знал, мог догадаться по тому, что Джейн Уорд теперь носила фамилию Хантер.
     Самый несекретный секрет в офисе стал достоянием общественности в конце прошлого лета, в результате судебного расследования по делу Фелипе Гомеса, директора по контрактам, обманом присвоившего значительные средства компании.
     Главную роль в его разоблачении сыграла Джейн. Еще одним следствием ее дознания стало увольнение Элисон Шэнд, менеджера на Ибице. Ее грех был несоизмеримо меньше — она просто пользовалась любой возможностью набить карманы, начиная со сбора дани с владельцев баров и клубов и заканчивая «творческой бухгалтерией». Почти все менеджеры имели небольшой дополнительный доход, но до такого беспредела никто никогда не доходил. Элисон потеряла работу и все добытое нечестным путем; Фелипе потерял свободу. Сотни тысяч, украденные Фелипе, гарантировали, что в ближайшие несколько лет он сможет увидеть средиземноморское побережье только по тюремному телевизору.
     Похвалы сыпались на Джейн со всех сторон, и она наконец признала, что ее ценят за заслуги, а не за то, что она трахается с финансовым директором. И сообщила о помолвке в Себастианом своим ничуть не удивившимся коллегами в «М&Х».
     А три недели назад они наконец поженились и отправились на две недели на Карибы. Иногда хорошо работать в туристическом бизнесе.
     А иногда не очень.
    
Глава 3
    
     Бэк вошла в номер как раз в тот момент, когда Грег снюхивал вторую дорожку.
     — Ты что, мою дорогу прикончил?
     — Упс.
     — И ты съел еще одну таблетку? Грег ухмыльнулся и пожал плечами.
     — Меня вставляет не так быстро, как тебя. Она покачала головой.
     — Наркоман! Иногда я тебе не верю. — Она направилась с сумкой в ванную. — Как говорят в кино, пойду сменю костюм.
     Грег прыгнул в постель и, схватив пульт от телевизора, стал переключать каналы в поисках порно.
     До середины прошлого лета Грег в жизни не пробовал экстази. Такое может случиться даже с парнем двадцати восьми лет. И даже с тертым калачом двадцати восьми лет, который родился и вырос между Ливерпулем и Манчестером.
     Невероятно было то, что при этом он пять лет подряд работал гидом «М&Х» на Ибице.
     Все изменилось во время последнего сезона. Грег близко подружился с гидомновичком, Брэдом Стритером. А жадность и несправедливое обращение с персоналом менеджера курорта, Элисон Шэнд, привело к тому, что все гиды сплотились больше, чем это случалось во время предыдущих сезонов Грега. Он давно взял за правило не сходиться близко с коллегами, но тем летом избежать этого было невозможно.
     Один раз они с Брэдом и Томом Ортегой, парнем из головного офиса, крепко напились, Брэд тогда как раз собирался бросить работу изза постоянных придирок Элисон. После выпивки они повезли клиентов в клуб, и Том предложил съесть по таблетке. Грег, как обычно, отказался, но Том заявил, что по статистике у него больше шансов умереть от аллергической реакции на арахис, чем от экстази. Грег уже слышал все эти аргументы, но по какойто неведомой причине согласился на половину. Самое странное то, что им даже не предстояла загульная клубная ночь, они просто сопровождали клиентов во время традиционного рейда по барам и зашли с ними в клуб «Ночная жизнь» между делом.
     Сначала ему показалось, что таблетка не действует. Потом это началось, и было несколько моментов, когда он чувствовал себя неуверенно, не совсем понимал, что происходит. Но как только понял, что не будет фигурировать в завтрашних таблоидах как очередной мудила, расставшийся с жизнью изза экстази, он расслабился и стал наслаждаться незнакомыми ощущениями. Часом позже Поколение Химии получило еще одного неофита. Та таблетка принесла Грегу вихрь новых ощущений. Сначала его не подетски вставило, а закончилось все сногсшибательным сексом с женщинойполицейским из Шрусбери.
     В то лето он еще пару раз принимал таблетки на вечеринках «Молодых и холостых», но вот вернувшись домой, не пропустил ни одного уикенда без того, чтобы не закинуться экстази и не отправиться в клуб, в том числе и в день свадьбы его брата. В одиннадцать тридцать, едва его тетя Элси взялась плясать на столе под «А нука, Эйлин», он сожрал табл и через час уже вовсю скакал на танцполе в Гарландсе.
     Хотя в то время, когда Грег стал гидом «Молодых и холостых», клубная жизнь на Ибице уже кипела вовсю, компания продолжала отрицательно к этому относиться. Гидам запрещалось даже показываться на участке пляжа, прилегавшего к «Кафе дель мар» — там проводились почти все препати (и в наркоте, ясное дело, недостатка не было).
     Теперь Ибица изменилась еще больше, и порой Грег чувствовал себя так, словно все окружающие посвящены в какуюто тайну, ему недоступную.
     Пока не случилось это, его первая таблетка.
     Грегу просто нравилось наслаждаться жизнью. Все, что помогало ему игнорировать ответственность, которую налагала повседневная жизнь, приветствовалось. Получалось, что Грег и экстази просто созданы друг для друга.
     Теперь, обзаведясь амфетаминовыми друзьями и проводя на вечеринках каждый уикенд (а иногда, по особым случаям, и пару дней в середине недели), Грег ждал лета сильнее, чем когдалибо.
     Этим летом он намеревался прочесать все клубы на Ибице, не только те, куда он сопровождал клиентов. Больше всего ему хотелось побывать на легендарной дневной воскресной тусовке в «Спейс». Сейчас он понимал, что между ночными рейсами в субботу и воскресными собраниями вполне можно выкроить для нее время. Как говорится, было бы желание, а способ найдется.
     А желание определенно было.
     Пару недель назад планы Грега на лето, посвященное наркотикам и сексу, оказались под угрозой. Почти все гиды стремились продвинуться по карьерной лестнице и обычно года через три уже руководили направлением. Для Грега это был уже шестой сезон, и он знал, что «М&Х» захотят назначить его менеджером на Ибице, но не представлял, какое давление на него окажут.
     Он чуть было не уступил. Получалось, что он сможет посетить все клубы, как и хотел, и при этом ни перед кем не придется отчитываться. Но он также знал, что суперэффективное сарафанное радио быстро донесет вести о его поведении до головного офиса в Англии. Более того, теперь развелось столько местных журналов, что рано или поздно его ошалелую рожу в танцевальной эйфории сфотографируют и тиснут на обложке для всеобщего обозрения.
     Плюс ко всему он поменял уже четыре места работы с тех пор, как вернулся на родину, и твердо усвоил, что экстази и ответственность не особенно уживаются рядом. На самом деле и без экстази приступы ответственности случались с Грегом не чаще, чем в Уиднесе — погожие деньки. И не то чтобы он следовал своим интересам, ущемляя интересы или раня чувства других людей, в этом смысле его нельзя было назвать эгоистом. Нет, он скорее просто шел своим путем... который указывал ему его член в данный конкретный момент времени.
     И сейчас его член был направлен строго в сторону мегаклубов Ибицы.
     Он знал, что благодаря своему опыту все равно сможет дать фору большинству гидов, даже если половину рабочего времени будет в таблетках, и эта мысль его успокаивала.
     Невозможно было оспорить тот факт, что Грег обладал мощной харизмой и умел развеселить клиентов как никто. Отчасти причиной тому была его внешность, он был действительно красив, но не той красотой, которая позволила бы назвать его смазливым пареньком. Женщинам он нравился, но при этом у мужчин никогда не возникало желания надрать ему за это задницу. В его успехе не было самодовольства, а в технике обольщения — никакой угодливости. Он всегда был одним из них. Грег был мужиком на все сто, и женщин к нему влекло. Неисправимый хулиган, эдакий плохой мальчишка. В нем был вызов. Почти каждая девчонка хотела верить, что именно она станет той, которая заставит его измениться, и почти каждая знала в глубине души, что ничего из этого не выйдет. Он никогда ничего не обещал, и поэтому его редко в чемто обвиняли.
     Он был просто создан для праздника. Они получали от него то, что и ожидали, — отличный секс, веселое времяпрепровождение и массу развлечений.
     Конечно, он разбивал девушкам сердца, но чаще всего несчастная вскоре исцелялась — обычно сразу после того, как в родном аэропорту ее заключал в объятия проверенный бойфренд, — и после этого она лишь изредка вспоминала Грега. Разве что когда делилась подробностями с хихикающими, краснеющими подругами. Или во время секса со старым партнером, в котором страсть осталась так далеко в прошлом, что и с БигБена не разглядеть.
     Но Грегу больше нравилось думать, что вскоре воспоминания о нем полностью сотрутся из памяти случайных подруг.
     Ему это подходило как нельзя лучше.
     Как самый опытный гид «М&Х», он мог делать свою работу с закрытыми глазами. Ибицу он знал как свои пять пальцев. Чего ради он должен стремиться стать менеджером? Опытных гидов не так много, и любой новый менеджер не будет особенно вставлять ему палки в колеса И он вовсе не хотел никакой фамильярности. Ему только и нужно было, чтобы иногда закрыли глаза на прогул или махнули рукой на то, что он не совсем в форме. Его опыт, которым он мог поделиться взамен, должен был вполне компенсировать подобные шалости.
     Нет, Грег был абсолютно уверен, что менеджером направления должен стать ктото другой. Ему этим летом хотелось только развлечений. И это веселье во многом зависело от следующего вторника, когда он, как один из опытнейших гидов, должен был среди прочих присутствовать на тренинге и участвовать в финальном прослушивании для новых гидов в загородной гостинице близ Херефорда.
     Когда он съел свою первую таблетку, Том сказал, что он вряд ли умрет, и это определенно было правдой. Вот только он забыл сказать, что, если хочешь уделываться каждые выходные, о нормальном рабочем дне с девяти до пяти можно забыть.
     Последним местом, где не вынесли его поздних понедельников и мрачных вторников, стал «Мотрейд», журнал для автолюбителей, в котором Грег работал в отделе продаж на телефоне. Стараясь смотреть на это с позитивной точки зрения, Грег утешил себя тем, что ему так и так пришлось бы уволиться, все равно бы он не смог придумать подходящего предлога, чтобы получить почти неделю отпуска для участия в тренинге гидов. Устраиваясь на эту работу, он предусмотрительно забыл уведомить «Мотрейд» о том, что собирается летом на Ибицу, вместо этого заверив, что надеется сделать успешную карьеру, сидя на телефоне. А потеря месячного заработка хоть и влекла за собой некоторые финансовые проблемы, но совсем не была смертельной.
     Ожидая, когда Бэк появится из ванной, Грег не спеша приводил себя в состояние боевой готовности при помощи порноканала. К сожалению, он не шел ни в какое сравнение с испанским кабельным каналом «Виа Диджитал». Когда стало понятно, что действие на экране забористее не станет, при том что «Виагра» уже произвела видимый эффект, Грег принялся переключать каналы в надежде наткнуться на чтонибудь более стимулирующее. Неожиданно он застыл с открытым ртом.
     «Блядь, это „Юнайтед“, — я и забыл, что они играют».
     Уронив пульт на пол, он подложил под спину подушки и устроился поудобнее. Глотнув теплого пива «Хайникен», он опять прикурил косяк и откинулся назад, рассеянно теребя свой твердокаменный член.
     Бэк выскользнула из ванной. Она надела не только высокие сапоги на шнуровке — оказывается, в ее сумочке был полный костюм Госпожи. Ее лицо, обычно едва тронутое косметикой, преобразилось — на ресницы был наложен толстый слой туши, а губы алели помадой. Она встала, уперев руки в бедра.
     — ОК, я готова. Ну как? Не глядя на нее, он сказал:
     — Охуительно.
     Бэк стояла, немного сбитая с толку. Из динамиков телевизора едва слышно донесся рев толпы на стадионе, приветствовавшей гол.
     — Ооо, да, — сказал Грег, забыв и о Бэк, и о том, что продолжает поглаживать член. — Ты чудо, Бэкхем... ты чудо.
    
Глава 4
    
     — Василий Романов. — Он улыбнулся девушкепортье за стойкой. — Но все зовут меня Вас.
     Девушка подняла глаза. Она третий год работала в этой гостинице, и каждый апрель здесь проходил тренинг для гидов «М&Х».
     Она давно заметила, что все гидыкандидаты думают, будто должны вести себя определенным образом — быть преувеличенно дружелюбными, говорить слегка громче обычного и слишком нарочито радоваться жизни.
     И разумеется, мальчики всегда старались быть обаятельными и поэтому почти всегда слишком кокетничали.
     Этот вроде был ничего. Не особо самоуверенный, не слишком напористый, миловидный. Когда он сбросил с плеча рюкзак, она заметила, что и фигура у него очень даже ничего.
     — Я приехал поучаствовать в одной теме, это тренинг для гидов или как там его, — продолжал Вас.
     — Я знаю, сэр. Тут все приехали поучаствовать в этой теме.
     — Серьезно? Я не сообразил.
     — Ничего страшного, сэр. — Девушка расщедрилась на искреннюю улыбку и протянула ему ключ. — Комната номер один два три, не перепутайте.
     — Спасибо.
     — Ваша соседка мисс Арабелла Боулз. Вас резко затормозил.
     — Я не ослышался? Вы сказали, мисс Арабелла Боулз? Я живу в одном номере с девушкой? Это нормально?
     Она наклонилась вперед.
     — Позвольте дать вам один бесплатный совет, сэр. На тренинге «М&Х» не бывает ничего нормального.
     Грег хлопнул в ладоши.
     — Знаешь, Брэд, лично я просто обожаю тренинги. Свежее мясо. Жаждут угодить, жаждут учиться. — Он стоял на лестнице и смотрел вниз. Кандидаты в гиды толклись у стойки портье или болтались неподалеку, ожидая начала тренинга. — А у некоторых новеньких фигурки весьма и весьма.
     Он не заметил, как сзади подошел Кевин Раундтри.
     — Фигурки, юный Грегори, это не первостепенный критерий, по которому мы отбираем кандидатов, не так ли?
     Грег резко обернулся.
     — А, привет, Кевин. Нет, нет, ну конечно нет.
     — Не забудь, что сказано на пятьдесят шестой странице инструкции... Секс с коллегами запрещен.
     Старший инструктор Кевин Раундтри всегда нагонял страху на новых рекрутов с самого начала тренинга. Это был крупный мужчина с неопрятными жидкими седыми волосами и неряшливой козлиной бородкой. Красный нос, расползающаяся талия и легкая хромота, следствие частых приступов подагры, красноречиво указывали на склонность к некоторым излишествам. Вид у него был внушительный, а богатый тембр голоса и легкий уэльсский акцент могли поставить его в один ряд с Ричардом Бартоном и Энтони Хопкинсом, выбери он соответствующую профессию. Но он блистал талантами на ниве туристического бизнеса: Кевин Раундтри получил всеобщее признание как лучший инструктор в индустрии.
     Поэтому подавляющее большинство компаний предпочитало его своим инструкторам. «Молодые и холостые» неизменно назначали его руководителем тренинга чуть ли не десятый год подряд. Джейн Хантер и несколько менеджеров и опытных гидов, в том числе Грег и Брэд, составляли группу из шести инструкторов. Будущим гидам сообщали, что тренинг будет оцениваться так же, как и финальное интервью. Ктото в итоге получит работу только в случае наплыва туристов, а ктото не получит вообще.
     Кевин указал на пару соискателей внизу, которым было явно не по себе.
     — Взгляни на них. В прошлом году на их месте был ты, Брэд. Помнишь, какие мысли крутились у тебя в голове? Напомнить? Ты думал, я лучше пойду и поговорю с кемнибудь, буду дружелюбным и открытым. Потом ты заметил, что в баре никто не берет спиртного, и подумал: может, пойти и заказать, продемонстрировать, что на меня не действует стадный инстинкт? А может, тогда они решат, что я не в состоянии долго обходиться без выпивки, и у меня будут проблемы? А может, ты даже думал, что бармен тоже из наших?
     Брэд улыбнулся.
     — Почти в точку. Нам ничего не рассказывали о тренинге, только предупредили, что могут быть разные неожиданности, и мы все были начеку.
     — А иначе вылетели бы с курса пулей.
     — А как насчет тренинга за границей? — поинтересовался Брэд. — Было бы здорово. Объясняли бы все на натуре...
     — Интервью продолжительностью в двадцать четыре часа дешевле. Когда остаются те десять процентов, что проскочили сквозь сеть, мы начинаем тренировать их на месте. Встреча туристов, работа экскурсовода, административные процедуры... Это не то что валяться на солнышке, да и когда гиды попадают на место работы, они быстро осваиваются, как вы знаете.
     — И начинают плевать на свою работу, — сказал Грег.
     Кевин закурил, предложил сигареты Грегу и Брэду, оба отказались.
     — Мы проверяем, могут ли люди собраться с силами, когда всё против них. Если получается, значит, они могут стать гидами. С вами было так же. — Кевин похлопал Брэда по плечу. — Готов поспорить, ты не думал, что скоро сам будешь участвовать в тренинге?
     Брэд покачал головой.
     — И в мыслях не было. После того как Элисон Шэнд подставила меня в середине сезона и вы меня выгнали... Я думал, это конец моей карьеры гида. Представить не могу, что теперь я менеджер на Ибице и сам тренирую будущих гидов.
     — Ты это заслужил. Ты не представляешь, как мы виноваты перед тобой за то, что сотворила прошлым летом эта девица.
     — Жаль, что подругому нельзя было вывести Элисон на чистую воду — пришлось принести в жертву меня.
     — Да, альтернативы действительно не было. Когда Элисон подкинула тебе экскурсионные деньги, мы уже были уверены, что за всеми махинациями стоит она, но боялись спугнуть ее и Фелипе. — Он решил сменить тему. — Должен признать, я вздохнул с облегчением, Грег, когда Джейн сказала, что ты отказываешься от должности менеджера курорта.
     — Серьезно? — Грега несколько задело это заявление.
     — Грег, ты не хуже меня знаешь, что до тех пор, пока твой мозг не пересадят из члена обратно в голову, ты даже на сможешь произнести слова «ответственность».
     — От... ответ... ответст... Кев, ты прав.
     — А ты продолжаешь заниматься тем, в чем преуспел. И презираешь страницу пятьдесят шесть нашей инструкции. — Кевин выглянул с балкона и увидел внизу симпатичную девицу с темными короткими волосами и идеальной фигурой. — Твоя потенциальная жертва, Грег. Ну ладно, увидимся через полчаса на предварительном совещании инструкторов.
     — А он в порядке! — сказал Брэд.
     — Кто, старина Кев? — Грег рассмеялся. — Да он просто классный.
     — Но он чуть ли не благословил тебя на секс с другими гидами! А как же «секс с коллегами запрещен»?
     — Когда мы будем выпивать с ним позднее и никого из новичков не будет поблизости, он скажет тебе, что главное — не это. Главное — не попадаться.
     Брэд покачал головой.
     — Никогда бы не подумал. В прошлом году он показался мне настоящим буквоедом.
     — Так и есть. Поэтому он и лучший. Он знает индустрию изнутри — сам был гидом «Молодых и холостых», когда все только начиналось, вместе с Лукасом, который теперь руководит «Клубом грешников». На самом деле у них вышла почти такая же история, как у вас с Элисон. Старина ХоторнБлайт думал, что Лукас святой, пока Кев не вывел его на чистую воду. Думаю, поэтому ты ему и понравился. Благодаря тебе он вспомнил все дерьмо, через которое ему пришлось пройти в свою бытность гидом. — Грег помолчал. — Ты знаешь, что именно Кев Раундтри предложил сделать тебя менеджером на Ибице в этом году?
     — Первый раз слышу! Грег кивнул.
     — Стоило мне отказаться — и кроме тебя не обсуждали ни одну кандидатуру.
     — Я думал, он даже не помнит, как меня зовут.
     — Скоро ты узнаешь его получше. За эти дни мы выпьем вместе немало пива. — Грег свесился с балкона, разглядывая девушку, на которую указал Кев. — А я как следует потрахаюсь. Пойдем, пообщаемся с новичками.
     В этот момент какаято очень крупная девушка в очках с толстыми линзами, обладательница оглушительного голоса, приветствовала другую, не менее несимпатичную девицу, с которой, видимо, встречалась на интервью.
     — Я сказал пообщаемся? Ну, надеюсь, эту парочку отправят на Корфу.
     Вас постучал в дверь.
     — Разрешите?
     — В чем дело?
     Вас толкнул дверь. На него, руки в боки, смотрела девушка — лиловый свитер, волосы стянуты в тугой хвост на затылке.
     — Ну, — гавкнула она, — какие проблемы?
     — Я твой сосед по комнате. Она оглядела его с ног до головы.
     — Что? Нетнет. Ты все перепутал. Я живу с ээ... — Она порылась в сумке и вытащила листок с подтверждением. — Вот, видишь — Василий Романов.
     Вас улыбнулся и постучал пальцем себе в грудь.
     — Но... но я думала, что Василий — женское имя?
     — А я думал, что Арри — мужское. — Вас с первого взгляда понял, с кем имеет дело, и перешел в контрнаступление. Это сработало.
     — Не Арри, а Арабелла, это даже у арабов женское имя.
    
Глава 5
    
     — Так ты, значит, арабская женщина? А с виду не скажешь.
     — Естественно, нет, придурок.
     Арабелла бросила на него оценивающий взгляд. Убитые кеды, на запястье — какаято дешевка вроде «Свотч», на шее совершенно дикий медальон со святым Кристофором. Однозначно не ее тип. Она предпочитала ухоженных, хорошо одетых темноволосых красавцев. А это лохматое чучело — просто насмешка природы.
     — Тут, должно быть, какаято ошибка. Меня не предупреждали о совместном размещении. Это просто смехотворно. Я сейчас же спущусь и разберусь с этим.
     — На твоем месте я бы этого не делал, — заметил Вас, бросая сумку на свободную кровать.
     — Это еще почему?
     Вас повалился рядом с сумкой и сбросил кеды. Фу, подумала она. Белые носки.
     — Ну сама посуди. Гид должен ориентироваться в нестандартной обстановке. Это может быть частью теста. Насколько я знаю, в ближайшие пять дней на нас вывалят целую кучу такого дерьма
     — Ммм. — Как ни противно, но приходилось признать, что в его словах есть разумное зерно.
     — Раз уж так вышло, не мешало бы узнать друг друга получше. В конце концов, может, нам придется работать вместе. Тебе на какое направление хотелось бы попасть больше всего?
     — Без вариантов — я буду работать в «Молодых и холостых», только если меня отправят на Ибицу.
     — Не уверен, что они одобрят такую позицию. А что тебе так далась эта Ибица?
     — В прошлом году я там отдыхала, и мне плевать, какую «позицию» они одобрят, а какую нет. И вообще, ты кто, — фыркнула Арабелла, — хренов полицейский?
     — Ну, честно говоря, Арабелла... — Вас сел. — Я подсадная утка.
     Арабелла застыла.
     — Кто?
     — Я один из инструкторов. Мы селимся вместе с кандидатами, чтобы застать их врасплох. И боюсь, Арабелла, вынужден тебе сообщить, что ты не в полной мере соответствуешь требованиям «Молодых и холостых», так что можешь паковать вещички...
     У Арабеллы был такой вид, словно она вотвот заплачет. Вас пару секунд сохранял серьезность, но на больше его не хватило.
     — Ха! Здорово тебя проняло!
     — Что ты хххочешь сказать? Ты не инструктор?
     — Охуеть можно, как вы, важные птицы, легко на все ведетесь.
     Арабелла злобно уставилась на него.
     — Кретин! Да что ты себе позволяешь!
     — Это была просто шутка.
     — Если в этой комнате и есть над чем посмеяться, так только над тобой.
     Вас улыбнулся, явно ничуть не смутившись.
     — Да ради бога.
     — Что это еще за имя такое, Василий?
     — Русское имя.
     — По разговору не оченьто ты похож на парня из России — если только Россия находится не в Лондоне.
     — Я родился и вырос неподалеку от Илфорда.
     — Илфорд? Там вроде даже метро нет? Боже, мне даже представить страшно, что пришлось бы прожить всю жизнь в такой дыре.
     — Всю жизнь я там не жил. Наша семья часто переезжала.
     — Только не говори, что твой отец военный!
     — Нет, циркач.
     Арабелла подозрительно посмотрела на него.
     — Не держи меня за дуру.
     — Кроме шуток. Смотри, — он встал на кровати. — Я тебе докажу.
     Несмотря на то что стена была совсем близко, он сделал сальто назад, приземлившись на одну руку. Вскочив на ноги, он схватил три маленьких подсвечника с прикроватной тумбочки. Форма у них была не очень удачная, и, хотя его мастерство было очевидно, секунд через тридцать он отвлекся и не удержал один. Пытаясь его подхватить, он случайно зацепил пальцем свою цепочку с образком и порвал ее.
     — Дерьмо, — сказал он, поднимая ее вместе с осколками подсвечника.
     Арабелла кивнула.
     — Так ты цыган?
     — Нет, — ответил Вас, изучая порванную цепочку, — я из цирковой семьи.
     — Ну я и говорю, — цыган. — Арабелла указала подбородком на святого Кристофора. — Разве святой Кристофор не покровитель цыган?
     — Я же сказал, мы не цыгане, мы...
     — Ну не важно, кем бы ты там ни был, цепочка просто вульгарная. Где ты ее выискал — в новогодней хлопушке?
     — Это цепочка моего дяди.
     — Тогда ему и верни, мой тебе совет. — Арабелла с удовольствием отыгрывала очки.
     — Не могу.
     — Почему?
     — Он умер.
     — Ох.
     — Он погиб. Шесть лет назад. С тех пор я ношу это.
     — Мне очень жаль, — сказала Арабелла, совершенно очевидно никакой жалости не испытывавшая. Она даже не помнила, когда в последний раз видела своего дядю и предполагала, что подобное равнодушие свойственно всем племянникам на свете. — И что случилось, он сорвался с трапеции? Или его растоптал слон?
     Вас вздрогнул. Арабелла, ясное дело, была самовлюбленной эгоисткой, но он сомневался, что даже она продемонстрировала бы подобную душевную черствость, если бы знала, как близки они были с дядей. Конечно, всегда оставалась возможность, что Арабелла сама — подсадная утка. Во всяком случае, типичного гида Вас представлял себе совершенно иначе.
     — Нет, — сказал он, сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Мы исполняли номер с огнем — жонглировали факелами и все такое. Произошел несчастный случай.
     — И что?
     — Он сгорел заживо. Мне было четырнадцать лет. С тех пор я ненавижу огонь, это стало почти фобией.
     — Ужасно, — Арабелла присела на кровать. — Боже, нужно закурить... не передашь мою зажигалку?
     Тучи, нависшие над гостиницей в Бридлхерсте, раньше времени затемнили и вечернее небо Теддингтона.
     В офисе «Молодых и холостых» на Хайстрит владелец франчайзингового туристического агентства включил сигнализацию, погасил свет и запер дверь.
     Подняв воротник и отворачивая лицо от косых струй дождя, он поспешил к своему автомобилю, чтобы вместе с прочими любителями сверхурочной работы, страдающими излишней ответственностью или чрезмерным энтузиазмом, поскорее насладиться законным часом или двумя «семейного» времени.
     Но слабый свет в окнах третьего этажа офиса «Молодых и холостых» позволял предположить, что в югозападном Лондоне есть по меньшей мере один человек, который относится к своей работе с еще большей ответственностью и энтузиазмом.
     А может, у него просто были серьезные проблемы.
     Этим последним человеком в штабкватрире «М&Х» был ХоторнБлайт. Себастиан Хантер, выдохшийся часом раньше, перед уходом погасил все галогеновые лампы в приемной без окон. Весь офис был погружен во тьму, только изпод двери кабинета председателя Совета директоров пробивался тоненький лучик света.
     ХоторнБлайт каждый день ставил себе целью уйти из офиса не позже


Смотрите также:


MegaFast.ru – Как соблазнить девушку - соблазнение и пикап девушек - флирт и знакомства.

Все материалы принадлежат их авторам. Copyright (c) 2006-2015.